Подробно: Кадзуо Исигуро "Остаток дня"

23
Aug ' 10

Подробно: Кадзуо Исигуро "Остаток дня"

"Остаток дня" я прочитала только из-за того, что когда-то хорошо усвоила: книги с Букеровской премией плохими не бывают. К сожалению, эта книга меня разочаровала. Не то чтобы она тягомотная - нет, просто она одновременно очень японская и очень английская. Может быть, я тут мыслю слишком стереотипно, но, к сожалению, от ощущения сочетания этих двух культур сложно отделаться. Английская видна там сразу: дело происходит в Англии после Второй Мировой, повествование ведется от лица дворецкого, смысл жизни которого заключается в его работе, я бы сказала, что это дворецкий-дворецкий. Нечто японское проступает ближе к концу произведения, но неявно присутствует на протяжении всего действия: по-моему, именно восточной культуре свойственно так самозабвенно служить своему хозяину, не подвергая сомнениям все его действия.

Книга рассказывает о том, как решалась судьба Европы во время Второй мировой войны, в частности, об одном из влиятельных лиц Англии, Дарлингтоне (ни имени дворецкого, ни имени господина мы не узнаем). Дворецкий, мистер Стивенс, обслуживает гостей, стараясь обеспечить все по высшему классу; одновременно показываются его отношения с подчиненным ему персоналом, в числе которых его отец, бывший дворецкий, а ныне обычный слуга. Все это - в типично английском сдержанном стиле.

- Положение довольно сложное. Сейчас самое начало седьмого, так что папенька вполне может представить, что творится на кухне.

По лицу отца пробежала досада.

- Но все под присмотром? - переспросил он.

- Да, об этом, смею сказать, можно не беспокоиться. Я счастлив, что папеньке полегчало.

Он медленно вытащил руки из-под одеяла и погасшим взглядом уставился на тыльные стороны кистей. Так продолжалось какое-то время.

- Я счастлив, что папеньке основательно полегчало, - наконец повторил я. - А теперь мне нужно спускаться. Как я сказал, положение довольно сложное.

Он еще поразглядывал руки, а потом произнес:

- Надеюсь, я был тебе хорошим отцом.

Я улыбнулся и сказал:

- Как я рад, что тебе уже полегчало.

- Я горжусь тобой. Хороший сын. Надеюсь, я был тебе хорошим отцом. Хотя навряд ли.

- К сожалению, сейчас у нас масса дел, но утром мы сможем поговорить.

Отец по-прежнему разглядывал руки, словно они чем-то ему досаждали.

- Как я рад, что тебе уже полегчало, - повторил я и ушел.

В мире Стивенса все происходит сглаженно, без явного выражения эмоций, как мы их привыкли воспринимать. Там, скорее, констатация: "у меня льются слезы, я испытываю печаль". Даже любовь лишь намечена так, что почти до самого конца книги у читателя нет уверенности, любовь ли это. Стивенс - идеальный английский дворецкий: вышколенный, наглухо затянутый в корсет приличий, церемонный до того, что сводит скулы. Даже странно, что он может испытывать что-либо помимо легкого недовольства или не менее легкого удовлетворения.

Меня страшно возмутило то, что написал переводчик в послесловии. Такое чувство, что это выдержки из школьного сочинения, к тому же, плохо отредактированные: Виновато все то же лакейство. Продуманно чередуя эпизоды и сцены, строя диалоги и описывая реакции персонажей, какими их воспринимает Стивенс, автор подводит нас к главному: лакейство в принципе губит личность, растлевает ум, сушит сердце, искажает ценности человеческого общения. Оно делает Стивенса слепым не только в политике. Его рассказ - это, в сущности, хроника неувиденной и в силу этого не принятой любви. У меня при прочтении возникло ощущение, что переводчик - человек старой советской закалки, привыкший обличать и поучать. Потому что я не увидела в книге никакого лакейства. Я увидела трагедию человека, который всю жизнь отдал делу, которое он считал важным и нужным, а дело оказалось не стоящим такой жертвы. В погоне за совершенным следованием своим принципам, он пропустил что-то важное и теперь пытается смириться с этим.

"Остаток дня" наверняка стоит своей Букеровской премии в глазах экспертов. Мне он показался немного скучноватым и слишком уж неясным. Там чересчур много намеков, когда хочется, чтобы автор прямо уже сказал все, а не прикрывал факты развесистыми английскими фразами. Тем не менее книга понравится любителям мемуаров и биографий - там дано достаточно точное описание событий, предшествующих второй мировой войне. Кроме того точка зрения со стороны слуги придает особый шарм произведению.

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий, войдите через:

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Введите текст с картинки, чтобы доказать, что вы не робот.